Кабуки - один из трех видов классического японского театра, объединяющий драматургию, танцы и музыкальное сопровождение и предлагающий зрителям спектакли, в которых форма, цвет и звук образуют уникальную комбинацию, ассоциируемую с величайшими мировыми сценическими традициями.

Возникновение кабуки приписывается служительнице храма Идзумо Окуни, которая, согласно имеющимся документальным свидетельствам, возглавляла преимущественно женскую труппу, дававшую в 1603 г. легковесные представления (танцы, комические скетчи), избрав в качестве подмостков пересохшее русло реки Камогава в Киото. Постепенно эта труппа обрела общенациональное признание, а пьесы Окуни (впоследствии и весь жанр) стали определяться термином "кабуки", причем его основное значение (буквально - техника пения и танцев) дополнялось намеком на "экстраординарный" и "шокирующий" характер действа.
Серьезной причиной огромной привлекательности онна (женского) кабуки были чувственные танцы и эротические сцены. Поскольку среди зрителей часто возникали конфликты (вплоть до драк) из - за артисток, занимавшихся в дополнение к основной профессии проституцией, токугавский сёгунат в 1629 г. запретил представительницам прекрасного пола участие в представлениях кабуки. Последующий грандиозный успех вакасю (юношеского) кабуки снова вызвал неодобрение властей, ибо спектакли продолжали провоцировать общественные беспорядки ввиду легкомысленного поведения актеров, торговавших, по примеру предшественниц, своими благосклонностями.

В 1652 г. вакасю кабуки был запрещен, и власти потребовали радикально реформировать театр как условие его дальнейшего существования. С одной стороны, юношей начали шаг за шагом замещать зрелые мужчины, сбривавшие прядь волос на лбу в знак своей солидности и принимавшие перед властными органами обязательства не выставлять напоказ в спектаклях обнаженные тела и не заниматься проституцией. С другой стороны, от яро (мужского) кабуки потребовали использовать для репертуара фарсы кёгэн, заимствованные из театра Ноо, основанные на устном языке того времени и предельно формализованном стиле игры актеров.
Благодаря внедрению диалога, техники сценического мастерства и реализму фарсов - кёгэн, кабуки превратился из варьете с упором на танцы и музыку в новую форму драмы. По прошествии нескольких десятилетий фарсы уступили место пьесам, написанным специально для исполнения на сцене кабуки. Оформление представлений претерпело значительные изменения в связи с появлением ханамити (платформа со сцены в центр зрительного зала, дающая актерам возможность эффектных выходов и уходов) и занавеса, позволившего увеличить продолжительность спектаклей и обеспечить незаметную смену декораций, а также в связи с устранением резко выделявшегося потолка сцены.

Первостепенное значение приобрели оннагата (мужчины - воплотители женских образов). Овладение ими тайн мастерства потребовало многих лет неустанной тренировки. К середине XVII в. главным городам (Киото, Осака и Эдо) разрешили построить здания для постоянного пребывания трупп кабуки, и уже в 1673 г. будущий великий актер Дандзюро Итикава I (1660 - 1704) дебютировал на сцене театра Накамурадза в Эдо. Созданные им пьесы арагото ("крутые"), воспевавшие смелых героев, которые обладали сверхчеловеческой мощью и с ее помощью одолевали отрицательных персонажей, пользовались громким успехом у эдосцев.

К началу эпохи Гэнроку (1688 г.) в репертуаре кабуки наметились три главных вида представлений. Во-первых, дзидай-моно (исторические пьесы), отличавшиеся тщательнейшей разработкой декораций и многочисленностью действующих лиц. Во-вторых, сэва-моно (семейные пьесы), обычно рассказывавшие о жизни горожан и подававшиеся в более реалистичной манере, чем дзидай-моно. В-третъих, cёсагото (танцевальные произведения), состоявшие из "балетных" номеров и пантомимы.
В то время заслуженной славой пользовались актеры Тодзюро Саката I (1647 - 1709), чей реалистический стиль в изображении любовных сцен (вагото) с участием романтически настроенных юношей неизменно привлекал массовую аудиторию, и Аямэ Ёсидзава I (1673 - 1729), который установил непререкаемые стандарты роли оннагата и особо подчеркнул ее значение для традиций кабуки.
Пьесы, шедшие в кабуки, принадлежали перу выдающихся авторов, многие из которых первоначально предназначали их для кукольного театра (бунраку). Адаптация этих пьес к условиям кабуки (марухон-моно) явилась яркой страницей в истории последнего. Достойны упоминания такие пьесы, как "Битвы Коксинги" (автор - Мондзаэмон Тикамацу), "Секреты каллиграфии Сугавара" (авторы - Идзумо Такэда и Сэнрю Намики), "Тысяча вишневых деревьев Ёсицунэ" (авторы - Идзумо Такэда II, Сёраку Миёси и Сэнрю Намики), "Тюсингура : сокровище верных вассалов" (авторы - Идзумо Такэда II, Сёраку Миёси и Сэнрю Намики) и т.д.

В середине XIX в. для кабуки начали писать Дзёко Сэгава III и Мокуами Каватакэ, которые развили жанр кидзэва-моно ("голореалистичные" семейные пьесы) с его смесью жестокости, эротизма и мрачного юмора и грабителями, убийцами, аферистами и коварными, порочными женщинами в заглавных ролях. Когда в результате реставрации Мэйдзи был подорван социальный статус самураев, которым запретили носить мечи и которым рекомендовали состричь хохолки волос на макушке, Мокуами написал для кабуки несколько пьес, составивших жанр дзангин-моно (пьесы "срезанных волос"). В них появлялись солдаты в формах западного покроя и оннагата в европейских платьях. Пьесы эти представляли собой не более чем карикатуры на современную жизнь и не привлекли внимания публики.
Между тем такие актеры, как Дандзюро Итикава IX и Кигуро Оноэ V, настаивали на сохранении классического кабуки и готовили поколения молодых актеров в духе верности вековым традициям. Их последователи, включая Кикугоро VI, Косиро Мацумото VII и Китиэмон Накамура I, также старались поддерживать дух и целостность традиционного кабуки. При этом, однако, они не чурались экспериментов с пьесами авторов, не связанных профессионально с театром кабуки, писавших на современном языке и включавших в свои произведения элементы западной драматургии.

Популярность кабуки в послевоенный период осталась практически в неприкосновенности. Знаменитые пьесы эпохи Эдо, равно как и целый ряд более поздних шедевров, идут на сценах Кабукидза и Национального театра в Токио. Но спектакли (особенно в Кабукидза) даются в сокращенных вариантах, часто ограничиваются самыми любимыми зрителями актами и сценами с танцевальными номерами. В Национальном театре ставятся и "полновесные" драмы, продолжающиеся в среднем около пяти часов вместе с антрактами.

В спектаклях театра кабуки, как правило, воплощаются моральные ценности, превалировавшие в токугавскую эпоху. Именно они служат основой, на которой строятся сюжеты. Это, к примеру, инга охо (закон карательной справедливости) - буддистская идея о неминуемом крахе злодея или о процветании и счастье долго страдавшей женщины. Идея мудзё (мимолетность всего существующего), также буддистского происхождения, иллюстрируется падением могущественного военного лидера или упадком высокомерной семьи. Достаточно обычен, далее, показ прямого конфликта некоторых идейных норм из арсенала конфуцианских традиций (долг, обязанности, сыновняя почтительность) с личными желаниями и страстями, что приводит к различного рода драматическим ситуациям.

Сильнейшее влияние давней театральной традиции на исполнение актерами кабуки своих ролей наглядно проявляется в так называемых формах (ката), т.е. в их стилизованных жестах и движениях. Поскольку от ката нельзя отойти по капризу актера, они способствуют поддержанию художественной целостности кабуки. К категории ката принадлежат татэ (стилизованные поединки), роппо (драматические уходы со сцены, сопровождаемые подчеркнуто преувеличенными жестами), миэ (принятие поз) и даммари (немые сцены). Примерами ката особенно изобилуют пьесы жанра дзидай-моно, в которых фигурируют члены военного сословия и действие выходит за рамки реалистичности. Но и в пьесах жанра сэва-моно актеры двигаются, сидят или говорят, придерживаясь требований ката.

Костюмы, парики и грим в театре кабуки стараются в максимально возможной степени подогнать к существу той или иной роли. Так, костюмы для пьес жанра дзидай-моно особенно стилизованы и элегантны, как то и подобает аристократам и членам самурайского сословия. В свою очередь, в пьесах жанра сэва-моно точно отражаются моды японского общества времен Токугава. Костюмы, используемые в пьесах жанра сёсагото, отличаются изысканным дизайном, отделкой и красочностью. Парики классифицируются в зависимости от возраста персонажей, их социального статуса, занятий и прочих характеристик. Грим теснейшим образом связан с содержанием роли. Наиболее известным его видом является кумадори - комплекс примерно ста стилей гримирования под маски, примеры которого встречаются преимущественно в пьесах жанра дзидай-моно.